Неугодная истинная - страница 4
Я последовала их примеру, взяла ложку и попробовала суп. Он был очень вкусным, насыщенным травами и овощами, согревающим изнутри. Хлеб мягкий и ароматный, с хрустящей корочкой. Из-за постоянной тошноты я так давно ничего не ела, что наслаждалась каждой крошкой. И лишь в конце заметила, как игуменья Урсула пристально за мной наблюдает. Обычно она совсем меня не замечает, но сегодня ее взгляд был проницательным, словно она пыталась заглянуть мне в душу.
Закончив ужин, послушницы поднялись из-за стола и молча стали убирать посуду. Мы с тетушкой принялись помогать. А когда столовая заблестела чистотой, игуменья выстроила нас в ряд и повела за собой в здание храма.
Пока мы перебегали из обители в храм, я успела дико замерзнуть. Ветер постоянно сбивал с ног холодным потоком, швыряя в лицо острые как иглы льдинки. Трепал вуаль, скидывал ее с лица и щипал щеки.
В какой-то миг я подняла взгляд в небо и дыхание сперло. Прорезая крыльями облака, над храмом кружил черный как сама ночь дракон. Его чешуя блестела, а из пасти вырывался оглушающий рык.
Казалось, время остановилось. Ветер стих, перестал меня терзать. Я видела только его – Обсидианового дракона над храмом. Мощь и величие в каждом взмахе крыльев, в каждом рыке, эхом раздающемся по окрестностям. Сердце бешено колотилось, смешивая страх и какой-то странный, необъяснимый восторг.
Наконец, дракон опустился, медленно, величаво, словно король, восседающий на троне. Он приземлился прямо перед входом в храм, огромный, неподвижный, загородив собой дорогу. От него исходила такая сила, что казалось, сам воздух вокруг дрожит.
Внезапно он превратился в крепкого мужчину в черном одеянии, с перепончатыми крыльями за спиной. Ветер вихрем поднялся с земли и подул с новой силой, взъерошив темные волосы лорда.
Несколько экипажей, запряженных лошадьми, въехало на территорию храмовой площади. Из них повалили стражи в доспехах с мечами наперевес. А из самой дальней кареты вышла женщина в обтягивающем черном кожаном костюме, наподобие того, в который был облачен лорд. Ее рыжие волосы собраны в высокий хвост, а на поясе блестела серебряная рукоять кинжала. Воительница? Стражница?
Когда делегация вошла в храм, мы засеменили следом. Внутри царил полумрак, лишь мерцание свечей отражалось в позолоте статуй Пятиглавого. Игуменья Урсула остановилась у алтаря рядом с архимадритом Атанаром. Старик гладил кряжистой рукой древний золотой гримуар и внимательно смотрел, как мы расходимся по сторонам. Слева послушники мужской обители, справа – женской. В центре зала стоял крылатый лорд в окружении свиты.
– Сегодня, братья и сестры, – начал он величественно скрипучим голосом. – Мы вознесем молитвы за благополучие души лорда Дэрона Хармана из древнего рода Обсидиановых драконов! Пятиглавый осветил ему путь и связал его дракона нерушимой связью истинности! Возрадуемся! – вознес он руки к своду храма.
Зазвучали песнопения, голоса послушниц сливались в единый хор, наполняя пространство храма торжественным благоговением. Я стояла, опустив голову, и пыталась сосредоточиться на словах молитвы, но в голове все еще звучали вопросы. Почему игуменья так пристально наблюдала за мной? Что она подозревает? Может, узнала про зеркало?