Второй шанс для сгоревшего феникса - страница 1

Сознание вернулось внезапно, будто меня выдернули за волосы из черной воды. Я открыла глаза, моргнула… Что?!

Потолок. Тот самый, с нежно-персиковыми фресками, которые дядя приказал нарисовать к моему «торжественному возвращению» в родовое гнездо. Я лежала в своей постели в особняке Нияр. Но это невозможно! Предсмертный бред? Так бывает при отравлении угарным газом?

А если… если пошевелиться? Поднять руку? Получилось?! Но как?!

Медленно, будто сквозь мед. Пальцы дрожали, но слушались. Они коснулись губ – теплых, влажных, живых. Не тех пересохших губ паралитика, что я помнила.

– Матерь богов… – Собственный голос прозвучал хрипло, но это был голос. Настоящий.

Я подышала немного, чтобы успокоиться, и попробовала сесть. Боги, такое простое движение! Без помощи сиделки! Ноги – мои ноги! – опустились на пушистый коврик перед кроватью. Теплый и мягкий. Осязаемый. Настоящий.

Зеркало. Нужно дойти до зеркала!

Первые шаги вышли неуверенными, как у только что родившегося олененка. Но я шла. Сама. Мне казалось, что это ужасно важно, что вот сейчас я увижу что-то… что-то такое!

Отражение в зеркале заставило сердце бешено забиться: худое скуластое лицо в обрамлении коротких белокурых прядок. Я добровольно подстриглась всего раз в жизни, за день перед роковой вечеринкой, в роскошном салоне на набережной Цветущих Лотосов, по рекомендации кузины… Мне казалось, что это так модно, стильно и соблазнительно! Только много позже я поняла, что выглядела смешной с этим дурацким растрепанным помелом на голове.

Не в силах поверить собственным глазам, я огляделась, схватила с туалетного столика брошь с янтарем под цвет моих глаз и безжалостно вонзила острие булавки в руку чуть выше запястья. Вскрикнула – боль пробежала по нервам молнией, показалась кровь. Настоящая. Это не сон? Это не сон!

Солнечный луч пробивался сквозь опущенные шторы, окна у меня на восток, значит, сейчас раннее утро. Часы на камине показывали без семи минут семь.

– Двенадцать часов до катастрофы… – прошептала я, и губы сами растянулись в улыбке, которой позавидовала бы самая злобная гиена. Перед глазами все еще стояла картина последних минут моей жизни. Прошлой жизни. Как это было?

Очень просто. Когда ты полностью парализован, с тобой можно сделать все что угодно. Так что дорогой кузен Арчи легко подкатил мое кресло к дубовому столу, заваленному документами – безмолвными свидетельствами семейных махинаций. В тишине кабинета раздался металлический щелчок зажигалки.

Голубой огонек, словно живое существо, прыгнул на шелковую штору и начал стремительный путь вверх, оставляя за собой черный след.

– Тебе даже не будет больно, Арисоль. – Кузен сложил пальцы в ритуальном жесте. – Пламя – твоя стихия, как жаль, что ты не умеешь им управлять. Но ведь не зря говорят, что огонь милосерден к идиотам и паралитикам. Он вознесет тебя прямиком в Сады Вечного Покоя. Ты не будешь больше мучиться. – Его губы растянулись в улыбке, когда он повернулся к выходу. – Прощай.