Суженая для Хранителя Душ. Венок Теней - страница 3

Милена поднялась, да покрутилась перед зеркалом. Подол платья приподнялся колоколом, приоткрывая стройные ножки, тяжёлая коса взвилась вверх. И впрямь красавица, не слукавила я: волосы русые до пояса, глаза – озёра синие. У нас в деревне все русые да голубоглазые, но Миленка по-особому хороша.

И только я не в коня масть – рыжая да с зелёными глазами. Каких только слов не довелось услышать за много зим в свой адрес: и «рыжая ведьма», и «русалочье отродье», и что глаз у меня дурной, и что беды от таких надобно ждать. Передался бы дар от бабушки, так может поостереглись бы. А так, только Сева мне защита. Не брат бы – так давно сжили бы со свету.

Залюбовалась я подругой, а у самой сердце кольнуло. Вот и Милена заневестилась, а она ведь на полгода меня младше. Но тут же тряхнула я головой, отгоняя плохие мысли.

Негоже подруге своей завидовать. Хотя, какая это зависть? Мне ж не её Ратмир нужен, мне бы своё женское счастье найти.

Милена снова опустилась на лавку.

– Считаешь, по нраву я ему придусь?

– Да как иначе-то? – искренне удивилась я.

– Вон брат твой всё надо мной насмехается.

– По нраву, – улыбнулась я, – да и брату моему ты по нраву. Будто не знаешь его: всегда что-нибудь да ляпнет. Ты и правда хороша собой, и хозяйка, сказывают, справная.

Милена смутилась.

– Ну по хозяйству я много не хлопочу, на то прислуга есть. Батюшка обещался вместе с приданым отправить в мой новый дом стряпуху и ещё двух человек из челяди. Так что этих сложностей я не боюсь. Только, Яринка…

В голосе Милены появилась мольба, и она сложила руки перед грудью в умоляющем жесте.

– Ты бы посмотрела, что у тебя от бабки осталось. Может оберег какой от дурного глаза да от женской зависти. Шибко уж Ратмирушка хорош собой. Завидки возьмут наших баб, как бы не сглазили.

Я укоризненно покачала головой.

– Не занималась моя бабка таким, в другом был её дар. Да если бы и заговаривала, разве ты не знаешь, что заговоры делаются на имя, с каплей крови или волосом того, кого защитить должны? То, что купцы привозят из дальних мест да всем предлагают, – жульничество это. Тебе надо к бабке Агафье, она обереги делает.

– Не-е, – замотала головой Милена, – у бабки Агафьи как своя внучка подросла, так бабкины обереги всех парней к её Людмиле переманивают. Нет веры к её ворожбе.

Подруга поднялась.

– Ну ладно, пойду я. Прихорошиться ещё надо.

– Куда уж больше прихорашиваться? – засмеялась я, да только Милены и след простыл.

– Я забегу за тобой, как пойду, – крикнула она уже из сеней.

Не успела дверь за ней хлопнуть, как Сева через другую зашёл.

– Хороша твоя подруга, – хмыкнул брат, – да только когда Рат уезжал, сказал, что будет себе городскую искать, образованную и непременно с даром, чтобы детям передалось. А у Милены какой дар? Отцовские гривны тратить.

Не понравились мне слова Севы о моей подруге, но спорить не стала, перевела разговор:

– Думаешь, и с тобой Ратмир станет нос задирать?

– Это вряд ли, – усмехнулся брат. – Разок на кулачках сразимся – и вспомнит, кто его друг с самого детства.